День рождения у Владимира Котлярова, известного как Tolsty.
Пока одни артисты искали своё место в системе, Tolsty строил собственную. Вивризм.
Не стиль, не направление, не школа. Скорее — способ существования, в котором искусство не отделяется от жизни. Вивризм не требовал холста. Он мог появиться где угодно:
На купюре — в проекте «Деньги», где реальный денежный знак превращался в жест, в высказывание, в сбой системы.
В конверте — в мэил-арте, где работа не фиксировалась, а двигалась, терялась, менялась.
В текстах — в «Мулете», где манифесты не объясняли, а задавали внутреннюю логику этого мира.
Его высказывания — не подписи к работам, а продолжение той же практики. Не комментарий, а часть мира.
Каждый прожитый день – как манифест и праздник!
Tolsty не создавал «произведения». Он создавал среду, в которой они происходили.
Tolsty не был вне искусства. Он просто жил в другой системе координат.
Пока одни артисты искали своё место в системе, Tolsty строил собственную. Вивризм.
Не стиль, не направление, не школа. Скорее — способ существования, в котором искусство не отделяется от жизни. Вивризм не требовал холста. Он мог появиться где угодно:
На купюре — в проекте «Деньги», где реальный денежный знак превращался в жест, в высказывание, в сбой системы.
В конверте — в мэил-арте, где работа не фиксировалась, а двигалась, терялась, менялась.
В текстах — в «Мулете», где манифесты не объясняли, а задавали внутреннюю логику этого мира.
Его высказывания — не подписи к работам, а продолжение той же практики. Не комментарий, а часть мира.
Каждый прожитый день – как манифест и праздник!
Tolsty не создавал «произведения». Он создавал среду, в которой они происходили.
Tolsty не был вне искусства. Он просто жил в другой системе координат.
