Искусственный интеллект меняет рынок труда не так, как мы привыкли бояться. Он создаёт новые вакансии, усложняет старые, ломает вход в профессию, роботизирует найм и начинает оценивать то, что раньше оставалось в человеческих полутонах.
Китайские университеты закрывают программы по иностранным языкам, искусству, гуманитарным дисциплинам и традиционному менеджменту, одновременно расширяя подготовку в области искусственного интеллекта, робототехники и микроэлектроники.
Microsoft заявила, что новый чип Majorana 2 приблизил практический квантовый компьютер и позволил перенести его появление на 2029 год. Но учёные продолжают спорить о том, действительно ли компания получила топологически защищённые кубиты.
США и Китай создают самые мощные модели, Европа строит собственную вычислительную инфраструктуру. Но управлять ресурсами всех мировых ИИ сможет страна, которой одновременно доверяют конкуренты.
Автор получает язык от ушедших, превращает его в собственный голос и однажды решает, отдавать ли этот голос дальше. Но если культура имеет право продолжаться, означает ли это, что человек обязан передать ей всё созданное?
Россия собирается законодательно определить национальные и суверенные модели искусственного интеллекта. Но технологическое лидерство нельзя учредить нормативным актом.
Мобильными приложениями пользуется 81% россиян, а среднее время активности в смартфоне превышает четыре часа в день. Телефон стал нашей памятью, рабочим местом, средством общения, кошельком и пропуском в общество.
Поступление принято считать важнейшим выбором молодого человека. Но университет имеет смысл только после ответа на более трудный вопрос: ради чего вы собираетесь жить и какие способности понадобятся вам для этой жизни.
В России началась приёмная кампания. Абитуриенты выбирают образ, студенты поддерживают его в тик-токе, родители празднуют, преподаватели надувают щеки. Система работает без сбоев — потому что образование в ней никому не нужно.
«Театральный бульвар» задумывался как возвращение театра городу. Но театр не вышел на улицу — на улице построили ещё одно режимное учреждение: с билетами, ограждениями, досмотрами, культурой халявы и спектаклями, которые публике можно бросить.
Молодым людям десятилетиями рассказывали истории Apple и Microsoft: не нужно ждать, получать опыт и подчиняться начальнику — достаточно гаража, идеи и смелости.
SpaceX доказала, что частная компания способна осваивать космос быстрее государства. Но её выход на биржу показывает и другое: вместе с ракетами b спутниками рынок покупает новую форму частной власти — и почти не умеет оценивать её последствия.
В США сотрудница получила религиозное освобождение от использования ИИ на работе. Но главный вопрос не в религии. ИИ меняет экономику труда: теперь работник конкурирует не с другим работником, а с системой, где его может не быть.
Apple встраивает ИИ в операционную систему — и это выглядит как удобство. Но главный риск не в том, что машина плохо ответит человеку. Риск в том, что она создаст идеальный пузырь, из которого не хочется выходить.
AI-агент, по словам основателя PocketOS, за девять секунд удалил production-данные компании. Но это не история о «сбое нейросети». Это история о том, что управление всё ещё рассчитано на человеческий темп.
Anthropic призвала крупнейшие ИИ-компании выработать координированный способ временно замедлять или приостанавливать разработку продвинутых систем, если риски будут расти.
Сегодня выпускники сдавали ЕГЭ по русскому языку — экзамен, который всё чаще проверяет не живую речь, а готовность пройти через клетку правил, шаблонов и ударений.
На Всероссийский конкурс «Наставничество» подано более 6 тысяч заявок. Конкурс ориентирован на выявление лучших наставников и практик наставничества в производстве, образовании, социальной сфере, общественной деятельности.
18–19 июня в Москве, в Цифровом деловом пространстве на Покровке, пройдёт XXVI Международный форум HREXPO PRO ЛЮДЕЙ 2026 — крупная конференция и выставка для HR
Российские исследователи предложили метод iJKOnet для восстановления динамики сложных систем по отдельным наблюдениям. Искусственный интеллект используется не только для прогноза, а для реконструкции скрытых процессов.
Российские школьники завоевали 12 медалей на международной олимпиаде по биологии. Это сильный результат. Но если смотреть только на чемпионов, мы видим не систему образования, а её витрину. Настоящий вопрос начинается ниже пьедестала.
Исследование о росте отличных оценок после появления ChatGPT показывает не только проблему списывания. Оно фиксирует конец старой образовательной модели, где работа ученика сжималась в одну отметку. В эпоху ИИ оценка становится многомерной.
Форумы о технологическом лидерстве, инженерные классы, ИИ и «суверенное образование» — при системе, где важнее правильный ритуал, чем понимание реальности. Почему самолёты больше не прилетают.
Нейросети уже помогали писать код, анализировать журналы событий и автоматизировать часть рутинных задач, но к идее, что ИИ сможет системно находить серьезные уязвимости в больших программных системах, многие специалисты относились осторожно.
Еще недавно нейросети писали тексты, рисовали картинки, помогали программистам, ускоряли офисную рутину и давали бизнесу удобное слово для презентаций — «эффективность».
Российская образовательная система демонстрирует удивительную управленческую последовательность. Каждый раз, когда возникает сложная проблема — система выбирает самый простой инструмент из возможных: запрет.
Долгое время конструкция труда была предельно простой: работодатель покупал время сотрудника и получал результат его работы, а сам процесс — способ, которым этот результат достигался, — оставался у человека.
Гарвардский профессор Чарльз Либер попал под расследование за связи с Китаем — и вскоре продолжил работу уже в Шэньчжэне. История не про одного учёного, а про цену, которую платят системы, когда безопасность перестаёт быть сервисом.
Эксперимент Барабаши: 163 770 пользователей, 90 601 локация и сотни миллионов перемещений. Даже без расстояний и затрат люди быстро сужают свои траектории. Ограничения оказались не во внешнем мире, а в структуре выбора.
Исследования о зарплатных ожиданиях зумеров сегодня подаются как сенсация: молодые люди не готовы работать меньше чем за 100 тысяч рублей, значительная часть смотрит на 150–300 тысяч, а кто-то — сразу на 300+
Началось всё с попытки понять, что на самом деле предлагают новые концепции вокруг агентного ИИ, которые продвигаются исследовательскими командами Google и обсуждаются в академической и индустриальной среде.