Пространство площадью около 0,5 гектара теперь вмещает почти 60 произведений — примерно на 50% больше, чем раньше. Роден, Матисс, Генри Мур, Барбара Хепуорт, Пикассо соседствуют здесь с современными авторами, включая Джеффа Кунса, KAWS, Ёситомо Нару и Йоко Оно.
Но, возможно, главное произведение новой экспозиции сам сад?
Сугимото разделил пространство стенами, сложенными вручную из 950 тонн камня. Высадил 57 новых деревьев и около 30 тысяч растений. Расширил старый отражающий бассейн и превратил его в пространство, которое может быть одновременно водой, сценой и местом для зрителей. Рядом появилась площадка, вдохновлённая традиционным японским театром Но.
Вернулся и подземный переход между музеем и садом, закрытый ещё в 1980-х. Сугимото превратил его в самостоятельную инсталляцию Passage of Reflectance: изогнутые стены из полированной стали отражают свет, пространство и проходящих людей. Теперь путь к искусству сам становится искусством.
Изменилось даже то, как человек входит в сад. Вместо двух входов их стало пять, появились новые пандусы, места для отдыха и обзорные площадки. Скульптуры начинают встречаться зрителю ещё до того, как тот формально оказался внутри музейного пространства.
Когда Hirshhorn открылся в 1974 году, его сад задумывался как строгий модернистский ландшафт с отсылками к японским садам дзен.
Полвека спустя японский художник вернулся к этой идее — но сделал следующий шаг. Скульптура больше не стоит на фоне сада. Камень, дерево, вода, отражение, человеческое движение и само пространство между произведениями становятся частью одного большого высказывания.
Пример того, как для обновления музея не нужно строить новое здание. Достаточно перестать считать пространство между экспонатами пустым.
